Бизнес

Aspx viewby какой бизнес мне начать hospital – С чего начать свой бизнес — идеи 2019 года с минимальными вложениями

29.04.2018

Содержание

10 советов о создании успешной компании в сфере услуг — The Village

Доктор Кент Селтман

Кандидат наук, работал директором по маркетингу в клинике Мэйо в период с 1992 по 2006 год

Леонард Берри

Профессор по маркетингу, работает в школе бизнеса Мэйо при Техасском университете

Берегите историю своего бренда

Около 140 лет назад в небольшом захолустном городке Рочестер, штат Миннесота, открылась первая частная больница, которая в начале 1900-х получила название клиника Мэйо. Самое удивительное не то, что эта клиника существует до сих пор, а то, что она стала одним из наиболее влиятельных и дорогих в мире брендов в сфере услуг. И то, что этот бренд в течение всей своей длительной истории успешно поддерживается, защищается и развивается, заслуживает восхищения. 

Количество людей, приезжающих еженедельно в клинику Мэйо и покидающих её, сопоставимо с населением небольшого города. Рабочий день начинается в пять утра, и в течение суток в стенах трёх кампусов, расположенных в Миннесоте, Аризоне и Флориде, работают 42 000 сотрудников, студентов и волонтёров. Хирургические больные начинают поступать в 5:30, и за день здесь в среднем проводится 300 операций. Поток пациентов усиливается в 6:45, когда открываются лаборатории и проводятся анализы крови. К полудню более 13 500 пациентов, чаще всего в сопровождении родственников, получают медицинскую помощь. В общей сложности за день в драматической борьбе за человеческую жизнь участвует 65 000 человек — медицинский и обслуживающий персонал, студенты, пациенты и их родственники. 

Братья Мэйо получили международное признание уже при жизни и прославили клинику, которая теперь носит их имя, во многом благодаря своему научному вкладу в медицину и нововведениям, используемым в хирургии. Их труды оказывали серьёзное влияние на теоретическую и практическую медицину в течение семи десятилетий, вплоть до 1939 года, когда их жизнь оборвалась. 

В 1961 году фирма Social Research, проводящая независимые исследования мнений потребителей, описала имидж клиники Мэйо, который она имеет у пациентов, впервые поступающих сюда на лечение. Среди доминирующих высказываний были следующие: «Именно сюда следует обратиться, если вы серьёзно больны» и «Суд в последней инстанции — верховный суд медицинских решений». 

Ставьте нужды пациента превыше всего

Принципы, поддерживающие бренд в наши дни, были определены основателями клиники Уильямом и Чарльзом Мэйо в первые два десятилетия их карьеры. «Интересы пациента важнее всего, они единственно достойны рассмотрения, и, чтобы больной мог получить пользу от новейших знаний, необходимо объединить усилия. Мы должны развивать медицину как науку взаимодействия».

Руководители предприятий других отраслей могут возразить, что корпоративный консенсус, основанный на гуманном принципе «Нужды пациента превыше всего», присущ больше здравоохранению, чем другим отраслям, где доминирует коммерческая выгода и ведётся жёсткая конкурентная борьба. Однако концентрация внимания на нуждах пациента далеко не всегда наблюдается в здравоохранении — это нечто более сложное, чем раздача благотворительной похлёбки.

Хотя не существует специального курса, который обучал бы ориентации на пациентов, об этом постоянно говорят руководители клиники и её поддерживают различные программы. Например, главный принцип особо выделяется в установочных учебных программах, которые проходят новые сотрудники. Роберт Э. Бригем, главный администратор кампуса в Джексонвилле, сообщает: «Новички слышат об этом в первые пять минут своего пребывания в клинике, потому что именно с изложения главного принципа я начинаю первое установочное занятие». В Рочестере на таком занятии показывают учебный фильм «Наследие Мэйо».

Нанимайте командных работников

«Командная работа обязательна» — гласит заголовок статьи о клинике Мэйо в журнале Fast Company. И это правда. Многие превосходные клиницисты не соответствуют требованиям Мэйо, в частности те, которые предпочитают работать независимо, жаждут славы или хотят как можно больше заработать. 

Клиника настойчиво ищет командных игроков. Она принимает их на работу, а затем поддерживает сотрудничество между ними при помощи значительных инвестиций в коммуникационные технологии и медицинское оборудование. Сотрудничество стимулируется также принципом оплаты труда: зарплата сотрудника не зависит от количества пациентов, которых он осмотрел или которым оказал помощь. У врачей клиники нет финансовых причин, по которым они стремились бы удержать пациента у себя и не отправлять его на лечение к коллеге, который способен лучше удовлетворить нужды больного. Это же относится и ко времени, затрачиваемому на консультирование коллег. 

Большинство специальностей сферы услуг предполагают действия работника на своё усмотрение. Эти действия ограничены, с одной стороны, максимумом энергии, которую человек может приложить, чтобы предоставить услугу, с другой — минимумом усилий, необходимых для того, чтобы не подвергнуться наказанию (это может быть выговор, снижение зарплаты или даже увольнение). И сотрудник добровольно выбирает, вкладывать ему в работу максимум или минимум энергии. По-настоящему преуспевающие организации сферы услуг по сравнению со всеми остальными получают больше добровольной отдачи от своих работников. И эти дополнительные усилия обеспечивают их превосходство.

 

Составьте точный график

Каждый рабочий день пациентам клиники Мэйо выдаются графики тысяч различных назначений, включая лабораторные исследования, клинические процедуры и консультации с врачами. Их распределение мало напоминает заполнение мест в театре или самолёте. Многие назначения должны иметь строгую последовательность, другие необходимо проводить с интервалом в несколько часов, третьим непременно предшествуют специальные процедуры. Составление графика назначений нельзя назвать романтическим делом, но эта функция, возможно, самая фундаментальная, поскольку с неё начинается оказание медицинских услуг.

Отдел рационализации процессов и работающие в нём системные инженеры в течение нескольких десятилетий проводят исследования, чтобы сбалансировать пропускную способность клиники, особенно в соответствии с потребностями основного трафика, так, чтобы пациенты могли почувствовать оперативность обслуживания. До появления компьютеров бóльшая часть работы была связана со статистическими подсчётами. Таким образом, промышленные инженеры придумали коэффициенты, которые до начала каждой процедуры показывают ожидаемую потребность в прохождении рентгена грудной клетки, анализов крови, консультаций ортопеда или уролога и т. д. В графике приёма собственных пациентов (основного трафика) ежедневно оставляются открытые позиции для больных, которые приедут в клинику по направлениям своих лечащих врачей.

По мере использования модель позволяет делать более точные прогнозы, что обеспечивает двойную выгоду. Во-первых, пациенты тратят меньше времени на ожидание приёма. Во-вторых, возрастает производительность врачей, лабораторий и процедурных кабинетов, что выгодно клинике. Такой анализ характерен для различных отраслей, но не типичен для здравоохранения.

Сделайте подчинённых партнёрами

Джон Херрелл объясняет, почему общая структура менеджмента клиники Мэйо оказывается столь эффективной: «Врачи не меньше администраторов заинтересованы в финансовом процветании института. Администраторы не меньше врачей стремятся к тому, чтобы клиника предоставляла качественные медицинские услуги». Всё это столь просто и очевидно, что кто-то может подумать, будто именно таким образом и должна работать система здравоохранения. Но подобное единство наблюдается далеко не во всех случаях. Конкурирующие в частной больнице группы врачей иногда вступают друг с другом в жёсткие единоборства. Доктора создают собственные узкоспециальные клиники или медицинские службы для того, чтобы заработать побольше денег, но не с целью помочь общественному здравоохранению. 

Большинство руководящих решений в клинике Мэйо являются групповыми, а не индивидуальными. Генеральный директор выступает в качестве спикера, представляющего идею совету управляющих. Аналогичная презентация проходит на уровне кампусов, отделов и отделений. Руководитель редко, если вообще когда-либо, делает публичное заявление без предварительного получения поддержки со стороны коллег. Без интеллектуального и эмоционального участия врачей и других сотрудников, соприкасающихся с пациентами, подлинно гуманное медицинское обслуживание было бы невозможно. Аналогичное участие сотрудников, предоставляющих услуги потребителям, актуально и для других организаций сферы услуг. В основе процесса принятия решений и достижения предварительного консенсуса лежит хорошо отлаженная коммуникация. После заседания комитета его участники (10–20 человек) возвращаются на рабочие места и рассказывают о принятом решении коллегам, предупреждая распространение по организации беспокойства и непонимания. Консенсус помогает создать среду, благоприятную для целенаправленной работы. Доверие к руководству означает, что сотрудники не беспокоятся за сохранение своих должностей; здесь нет места автократии, произволу и политическим интригам. 

Ищите талантливых специалистов, имеющих общие схожие принципы 

Правильный набор персонала кажется несложным делом, когда доктор Джордж Бартли, генеральный директор кампуса в Джексонвилле, начинает объяснять, каков должен быть идеальный сотрудник: «Нужно найти людей, чьи внутренние ценности совпадают с нашим главным принципом — нужды пациента превыше всего». Дело в том, что клиника Мэйо известна своими принципами в медицинском сообществе, поэтому специалисты, ставящие интересы пациента превыше всего, понимают, что соответствуют требованиям организации, и зачастую сами стремятся устроиться сюда работать. «Профессиональная среда в Рочестере благоприятствует карьерному росту младшего медицинского персонала, и молва об этом распространилась по всей стране. Поэтому у нас не ослабевает поток медсестёр, которые хотят здесь работать», — говорит Тереза Элвуд, дипломированная медсестра, координатор по заполнению вакантных позиций младшего медицинского персонала.

Будьте уверены в том, что работать в клинике Мэйо не так просто. Кто-то из врачей и учёных недоволен тем, что на деловые поездки отпускается всего 18 дней в году, которые используются для посещения профессиональных обществ и презентации научных работ. Некоторые хорошо известные за пределами клиники специалисты, которых приглашают читать лекции в университетах или выступать на научных конференциях, считают, что эта деятельность больше позволяет укреплять репутацию Мэйо, чем обычное посещение заседаний профессиональных обществ. Другие недовольны правилами, ограничивающими размещение информации на визитных карточках. Кому-то не нравится стиль одежды, принятый в клинике. «Вы должны понимать организацию и её правила. Если у вас это получится, то вы останетесь здесь. Но если не сможете, вам придётся уйти, — говорит доктор Мори Герц. — И вы обязаны быть таким же, как ваши коллеги — мужчины и женщины, врачи и работники других специальностей. Авторитарные личности, несдержанные и грубые люди не смогут здесь задержаться».

Сделайте нематериальное ощутимым

Обычно потребители покупают услугу, не имея возможности «потрогать» её. Молчаливая роль внешних признаков заключается в создании первого впечатления. Зачастую потребители оценивают внешние признаки несколько раньше, чем функциональные и интерактивные. Обладая недостаточными знаниями об услуге, люди, например приезжие, которым нужен ресторан или гостиница, нередко делают выбор исходя из внешнего вида объектов. И если функциональные признаки помогают уверить потребителей в компетентности исполнителя во время и после предоставления им услуги, то внешние признаки помогают сделать это в самом начале обслуживания, то есть в момент покупки.

Медицинские услуги неотделимы от помещений, в которых они предоставляются, и существует много способов помочь пациентам и их близким обрести спокойствие, душевное равновесие и вселить в них уверенность в благополучном исходе лечения.

В то время как функциональные признаки обычно очень важны для оправдания ожиданий потребителей всех видов услуг (поскольку функциональность связана с удовлетворением основных нужд), интерактивные признаки, как правило, особенно важны для того, чтобы превзойти ожидания потребителей трудоёмких, требующих большого объёма общения видов услуг (так как здесь главную роль играет отношение к людям, и очень заботливое отношение может стать приятным сюрпризом). Чтобы превзойти ожидания потребителей, нужно приятно удивить их, когда они взаимодействуют с исполнителем услуг.

Клиника Мэйо создает интерактивные признаки качества также путём регламентации стиля одежды сотрудников. Врачи никогда не показываются перед пациентами в специальной одежде. Они всегда носят деловой костюм, если только не находятся в операционной.

Расширяясь, не забывайте про главные ценности бренда

Личные принципы исполнителя непосредственно влияют на качество и ценность услуг, которые он оказывает. Когда клиника расширила свой бренд, открыв кампусы во Флориде и Аризоне, она практически в каждое отделение направила талантливых и опытных сотрудников, которые в основном занимали руководящие должности и своим примером помогали новичкам усваивать принципы корпоративной культуры и методы обслуживания пациентов.

В 1983 году клиника Мэйо впервые в своей истории предприняла три агрессивные инициативы: она решила осуществить географическое расширение, развивать медицинские лаборатории Мэйо (МЛМ) и публиковать для потребителей
информацию, касающуюся заботы о здоровье. В контексте вековой истории организации эти действия выглядят как исключение из правил. Гораздо большее значение имеют акции, направленные на защиту бренда. Клиника Мэйо по-прежнему соблюдает осторожность, считая, что качество услуг важнее роста. Клиника Мэйо вполне решительно играет «в защите» и довольно осторожно «в нападении».

Инвестируйте в завтрашний день 

Центр инноваций вырос из проекта СПДУС (смотри, планируй, действуй, усовершенствуй, сообщай), который осуществлялся в отделении внутренних болезней под руководством доктора Ла Руссо и Барбары Спарриер, в то время работавшей главным администратором отделения. Цель проекта СПДУС заключалась в том, чтобы заново определить методы индивидуального обслуживания пациентов. Для этого было выделено значительное рабочее пространство, включающее смотровые и другие кабинеты в кампусе Рочестера, переоборудованное в лабораторию медицинского обслуживания. Лаборатория имела передвижные стены, которые можно было перемещать для оценки функциональности пространства. Когда прототип лечения создавался,
его изучали в режиме реального времени с участием амбулаторных пациентов и лечащих врачей. В рамках проекта СПДУС было исследовано более 25 видов лечения.

Позволяйте сотрудникам себя реализовать

Программа развития карьеры и лидерства — пример инвестиций, поддерживающих воспитание руководителей и личное развитие персонала.

Предпринимательская составляющая клиники Мэйо не доминирует над её миссией. Стремление быть финансово ответственным — это не то же самое, что экономия на ресурсах. Для сотрудников клиники Мэйо созданы необходимые условия: им предоставляется оборудование и время, чтобы они могли добросовестно выполнять свою работу. Признание Лори Плейт («Здесь я смогла стать той медсестрой, какой мне всегда хотелось быть») отражает отношение работников клиники Мэйо к своим обязанностям. У них есть все необходимые ресурсы, чтобы добиваться превосходных результатов.

www.the-village.ru

7 советов, как открыть медицинскую клинику | Карьера и свой бизнес

1. Года три назад я случайно вместе с приятелем попал на конференцию по маркетингу. Впервые услышал про формирование спроса, доверие покупателя, планирование, маркетинг. Я стал ездить на тренинги. Чтобы клиника была успешной, надо постоянно вводить новые позиции, наблюдать за новым оборудованием, методиками, разрабатывать маркетинговые концепции. Иначе застрянешь на уровне двух-трех кабинетов. Десять лет назад можно было начать, имея в штате двух специалистов, сейчас минимум семь — гинеколога, уролога, кардиолога, терапевта, невропатолога, лора, офтальмолога и хирурга.

2. Если вы молоды, непросто будет поставить себя в работе с подчиненными. Врачи со стажем — уважаемые люди, с опытом и пониманием жизни. Ко мне, например, некоторые наши доктора сначала относились с недоверием. При этом некоторых, пришедших из госструктур, приходилось учить правильному общению с пациентами. Это требует большого такта.

3. Я выработал подход в определении подходящего для клиники доктора — у каждого должно быть что-то свое. К примеру у нашего косметолога — свой аппарат для лечения кожи, у сосудистого хирурга — ножницы с золотым покрытием. Если человек вкладывает в себя, значит он сможет правильно строить отношения с пациентом. В первый месяц работы в моей клинике врач может звонить мне с любыми вопросами, входить без стука, я готов отвечать на все электронные письма. Но если человек в первый месяц своим правом не воспользовался, оно «сгорает».

4. Невозможно полноценно развиваться без нового оборудования. Иногда мы можем позволить себе купить тот или иной аппарат сразу, но часто пользуемся лизингом. Очень много проблем доставляют поставки оборудования. Для начала нужно посмотреть, как выбранный вами прибор работает в других клиниках. Поставки крупной техники занимают очень много времени: рентгеновский аппарат из Дании мы ждали полгода. Установка тоже небыстрое дело: чтобы занести в здание томограф, нам пришлось вырыть котлован и пробить стену клиники.

5. Нужны не только хорошие врачи. Вначале у нас не было штатного техника. Приходим на работу, а у нас УЗИ-сканер сломался. В сервисном центре чинить будут несколько дней. Я понял, что нужно самому очень хорошо понимать, как каждый прибор используется, как к нему подходить. Если вы не открываете одну клинику, а строите сеть, то лучше иметь собственных специалистов по лицензированию. Существует масса тонкостей, касающихся стандартных размеров кабинетов, освещенности и т. п.

6. Любой клинике нужна информационная система. Оказалось, очень сложно заранее понять, какая именно система тебе подойдет, а отладка занимает от трех месяцев до полугода. В итоге мы поставили программу, потратили на освоение год и поняли, что она нам не подходит. Пришлось менять.

7. Отдельная тема — привлечение клиентов. Я сам долго думал, что в частной медицине многие занимаются выкачиванием денег. Сейчас понимаю, что это миф, по крайней мере отчасти. Хороший способ привлечь клиентов — бесплатные дни здоровья. Они напрямую увеличивают поток людей. А вот с купонными сервисами сложнее. По итогам первого месяца после начала продажи купонов мы оказались в минусе. Но сразу решили не отказываться, и оказалось, что через три-четыре месяца те же пациенты приходят вновь.

Вообще я понял, что процесс организаторский и лечебный — очень разные вещи. Случается, что и сейчас я принимаю пациентов. Иногда веду тяжелые случаи, собираем консилиумы. Многим друзьям я сам расписываю диагностику и лечение, направляю на консультации. Но на данный момент я скорее управленец, чем практикующий врач.

Записала Анастасия Жохова

www.forbes.ru

«Свой бизнес по сравнению с работой в найме – сущий ад»: 7 историй от предпринимателей

Когда бросил работу и открыл свой бизнес

Истории многих успешных бизнесов начинались с людей, которые стали предпринимателями вынужденно. И причины тут совершенно разные: нет шансов на карьерный рост, нет надежды что-то поменять внутри компании, будучи наемным сотрудником, сокращение или увольнение.

Человек, который уходит из найма в свой бизнес, вынужден решать невероятное количество проблем, с которыми он раньше никогда не сталкивался. Как показывает наша аналитика, одним из самых больных вопросов является часть, связанная с бухгалтерией, регистрацией бизнеса, налогами, отчетностью.

Предпринимателю нужно разбираться в законодательстве, открывать счета, эквайринг, ВЭД, зарплата сотрудников — отдельный вопрос. Сейчас рынок двигается в сторону облегчения этих болей. Например, мы запустили сервис для ИП на УСН 6%, который считает налоги и формирует отчетность автоматически, без участия предпринимателя, сильно упростили работу с ВЭД, сами формирует все документы по сделкам. Вместе с нами развернулись лицом к предпринимателям «Модульбанк» и «Тинькофф Банк».

Кроме того, на рынке уже давно есть «Мое Дело», «Эльба», «Кнопка» — ребята берут на себя бухгалтерскую и юридическую рутину. Даже крупные банки стали смотреть в сторону малого и среднего бизнеса — сервисы «Сбербанка» и «Альфа-банка» значительно улучшились за последний год. 

А теперь истории...


1. От шоу-бизнеса к школе сёрфинга

Марина Муканова, сооснователь школы сёрфинга в LA

Я уехала учиться в LA, но грянул кризис и весь мой план разрушился, пришлось срочно придумывать новый. В Москве я была известным PR-щиком в шоу-бизнесе, работала с Валерией, Дискотекой Аварией, Славой и другими звездами. В общей сложности так я проработала порядка 10 лет, но потом начались соцсети, Instagram и прочий digital, и работать в классическом PR стало откровенно скучно.

Я решила, что пора кардинально пересмотреть сферу деятельности, поэтому уехала учиться в США, поступила в университет в LA, но во время учебы продолжала работать на Россию, потому что вариантов работать в США у меня не было. Я могла зарабатывать фрилансом около $3000, и на эти деньги нормально жить: снимать жилье, летать в Москву, есть нормальную еду.

Но потом грянул кризис и доллар подскочил в 2,5 раза. Жить на $1000 стало невозможно. Что можно сделать в этой ситуации?

Мой муж давно увлекался серфом, часто учил друзей кататься, но никогда не рассматривал это как заработок. Мы решили, что это вполне может стать бизнесом, который приносит нам доход. В начале 2017 года мы открыли серф-школу. И она стала моим первым предпринимательским опытом, до этого я всегда работала на кого-то.

Оказалось, что свой бизнес – это непросто: тебе нужно иметь лицензию, чтобы просто преподавать на пляже, даже если у тебя нет там физического офиса, нужно участвовать в сумасшедших тендерах (бюрократия тут такая же, как в России) за место на пляже, потом брать кредит под бизнес, а для этого нужно отличная кредитная история. Теперь мы можем учить одновременно 6 человек на конкретном участке пляжа. Это совсем не шоу-бизнес и не пиар, но мне очень нравится.

Из сложностей: я очень боялась всего, что связано с регистрацией бизнеса, но в США все происходит по почте. Эта часть в результате оказалась довольно легкой. Но мне до сих пор сложно, потому что в LA все так медленно по сравнению в Москвой.


2. От крупной компании к своему PR-агентству

Татьяна Роик, основатель PR-агентства Lotus Communications

Гражданство другой страны – не всегда хороший союзник в найме. 5 лет назад по приглашению одной известной российской компании я приехала из Киева работать в Москву. Довольны быстро поняла, что попала в место, где не хочу оставаться – продукт на деле оказался совсем не таким, как мне его описывали. Но и возвращаться в Киев не хотелось – на тот момент дома не было карьерных перспектив.

Я начала искать работу и столкнулась с тем, что украинцы в Москве никому не нужны. В 25 лет у меня за плечами был приличный 6-летний опыт работы – журналистом, аккаунтом в PR-агентстве, внештатным пиарщиком и руководителем отдела маркетинга и PR крупного издательского дома. Я успела поработать с «Альфа-банком», Bosch и помогла собрать стадион на 5 тысяч человек для «Бизнес-Молодости».

Идти на начальные позиции не хотелось, а крупные компании не были готовы меня рассматривать на серьезные должности. Многие, например, Coca-Cola, отменяли уже запланированные собеседования, когда узнавали, что у меня не российское гражданство.

Закончилось все тем, что я начала брать проекты как фрилансер на упрощенке. С этим не было проблем – люди, которые пересеклись со мной за пару месяцев работы в Москве, обращались сами. Еще очень помог один близкий друг, который стал активно рекомендовать меня, а позже предложил открыть свою компанию и стать партнером.

Полноценным агентством мы стали, когда к нам пришел первый крупный клиент – в тот момент я поняла, что одна больше не справлюсь, и начала собирать команду. Сейчас нам уже 5 лет, а мне до сих пор не верится, что я предприниматель. Я никогда не стремилась им стать, хотя в разное время мне предлагали и родители открыть свое дело, и друзья. Видимо, от судьбы не уйдешь и мне нужно было попасть в чужой город, чтобы стать предпринимателем.

Для меня самой сложной задачей стало найти похожих по духу людей. Команда — самая важная часть любой сервисной компании. Второй неожиданностью стало то, что в бизнесе подписанный договор с актами еще не гарантирует оплату.

Первые несколько лет мы боролись с должниками, которые не отказывались платить, но почему-то не платили. Они покупали себе новые машины, ездили отдыхать, но закрыть свои обязательства перед нами не могли.

В какой-то момент я поняла, что мой маленький бизнес их кредитует. И решила, что подобной ситуации больше никогда не допущу. Мне кажется, это главная ошибка многих предпринимателей: мы все с вами «на бумаге» — в своих бизнес планах — миллионеры. Но правда о вашем бизнесе в том, сколько денег в банке у вас на счету. Да, мой доход вырос в 4 раза по сравнению с наймом, но и работаю в 10 раз больше, чем во время работы на кого-то. Это того стоит!


3. От директора по маркетингу в Qlean до своего стартапа

Роман Кумар Виас, основатель Qmarketing

Я много работал в найме в банках («Открытие» и «Тинькофф») менеджером продуктов, потом ушел директором по маркетингу в Qlean, где у меня была небольшая доля, которая делала меня, с одной стороны, совладельцем, но это все равно, скорее, был найм.

Стартап-рынок в России не очень большой, а у Qlean был (и есть) отличный маркетинг, поэтому ко мне постоянно обращались основатели бизнесов, которым удалось закрыть первый/второй раунд финансирования, для консультаций. Сначала я давал их бесплатно, это стало отнимать уйму времени, и я решил, что наличие оплаты отсечет часть людей... Но в какой-то момент их стало так много, что я подумал: «Пора делать свой бизнес». Прикинул, что нужно стартапам, и открыл Qmarketing.

Что самое страшное в бизнесе? Положиться не на тех людей. Так, кидок от бывшего партнера научил меня просчитывать все возможные варианты ситуаций, в которые можешь попасть при заключении любых договоренностей, и не доверять людям, один раз показавших себя тряпками.

Кассовые разрывы — это очень жёстко. Была пара недель, когда в кармане не было денег и я не мог забрать их из бизнеса, потому что в первую очередь нужно выплачивать зарплату людям, которые в тебя поверили и работают на тебя. В эти времена помогла любимая женщина, которая бесконечно верила в наш успех.

Нужно сразу строить процессы. Любой бизнес — это производство. Любую коммуникацию, любое взаимодействие можно разобрать до винтиков. Мы только начали это делать (достаточно поздно), но уже видим, насколько отточенные процессы в коммуникациях с клиентами, каждый вдох, занесённый в таск-менеджер, и регулярные встречи проектных команд лучше хаоса, который творился в начале, когда все мы были на кураже и опьяненные лёгким успехом. Много ошибок именно из-за этого было совершено, за которые стыдно.

Было очень много соблазнов превратиться в классическое агентство, которое выполняет все, что говорит клиент, без погружения в суть бизнеса. Но для себя мы выработали четкую цель. Максимальный фокус.

Много соблазнов уйти на хорошую зарплату, подключить новый большой проект, не доделав процессы внутри. Но когда так происходит, все рушится, как карточный домик, и приходится строить его заново. Делать, как надо, а не так, как говорит клиент. Нельзя идти на сделки с совестью. Что касается дохода, то он вырос в среднем в пять раз, а загрузка – в три раза. Но сейчас у меня идёт четвертый месяц без выходных.


4. От менеджера в большой иностранной компании до BelkaCar

Катя Макарова, основатель сервиса каршеринга BelkaCar

Я ушла из найма, потому что там нечего делать: нет задач, в которых от тебя что-то зависит, по деньгам – коммунизм, а еще ты зависишь от кучи людей. До BelkaCar я работала country marketing manager в большой иностранной компании-разработчике софта. Меня никто не выгонял и не увольнял, я сама написала заявление и убежала (а скорее уехала) в собственное дело с двумя подругами. И я до сих считаю, что это одно из лучших решений в моей жизни.

Мы втроем решили открыть сервис каршеринга в Москве. Все говорили: «Три девочки и автомобили! Это совсем не женское дело». Но я очень рада, что я не просиживаю штаны в офисе, работая на кого-то, а делаю свой бизнес, где у меня есть доля, которую когда-нибудь можно будет продать и укатить «на пенсию».

Да, сейчас я работаю в 4 раза больше прежнего, мои задачи никак не пересекаются с тем, что я делала раньше. Даже мой доход сильно не возрос, если быть честной. Я вкладываюсь в своей бизнес, который поможет мне заработать денег в перспективе нескольких лет.

Что самое сложное в бизнесе? Найти нормальных людей, с которыми ты будешь работать. Мне повезло с партнерами, но мы были знакомы около 10 лет до того как начали бизнес. Мы были уверены в друг друге и знали все плюсы и минусы. Потом был инвестор. Если у вас нет взаимонимания – то это сложно.

Нам повезло с инвестором. Следом идет найм нормальных людей, которых оказалось просто очень мало на рынке. Belka – это ИТ-проект, добавленную стоимость создают люди, а только потом автомобили. Так что в целом я ушла из чужого софта в собственный.


5. От больших бонусов до большой ответственности

Сергей Пилипченко, технологический предприниматель в Украине, компания Boosta

Я вполне благополучно работал в найме в технологической компании, где у меня были отличные бонусы. Пока не начался экономический кризис и собственник компании не решил трудоустроить к нам всех своих родственников и друзей, которые были совершенно некомпетентны.

В результате подобного руководства компания стала сильно терять позиции на рынке, дошло до того, что собственник перестал платить бонусы (а это была существенная часть дохода) и не захотел пересмотреть условия отношений.

Мне пришлось взять на себя ответственность за команду, принявшую решение уйти вместе с продуктом, за который отказались платить. Мы оставили всех клиентов в старой конторе, поэтому бизнес мы были вынуждены начать с нуля.

Самое сложное в собственном бизнесе – самому отвечать за последствия. И еще я чувствую очень большую отвественность за людей и их семьи. Что касается моего дохода, то пока я не перекрыл мои прежние бонусы заработком на собственном бизнесе, так как много денег уходит в развитие компании.

Мне кажется, что моя личная нагрузка стала меньше, вместо корпоративных разборок я вкладываюсь в результат. И это приятная усталость. Еще меня очень радует, что за 1,5 года от меня не ушел ни один сотрудник из тех, которые перешли со мной. Начинать что-то свое всегда страшно, но оно того стоит.


6. От спокойствия до Кремниевой долины

Андрей Загоруйко, технологический предприниматель в Кремниевой долине

Свою карьеру инженера я начал в 2002 году. В то время в Украине практически не было продуктовых компаний и вся страна готовила программистов на аутсорс. Не помню точно, но первая зарплата у меня была $250 (на 3 или 4 курсе института), а на последнем рабочем месте – в 2010 году в компании EPAM – примерно в 10 раз больше. В найме спокойно.

Основные проблемы: как получить прибавку к зарплате на следующем performance review и на что потратить эти лишние $200. Но со временем становится скучно, плюс начинаешь понимать, что зарплата инженера, какой бы она хорошей ни была по сравнению с зарплатой обычного человека, ограничена и сверху, и снизу: условно, от $1000 до $10000 в 95% случаев.

Почти все мои карьерные и жизненные изменения были связаны с семейными обстоятельствами. Завершение инженерной карьеры, попытки начать свое дело (у меня было небольшое СММ-агентство; тогда это еще не было стыдно) и переезд в Москву совпали со свадьбой.

Потом был ИД Комитет и VC.ru, где мы строили медиабизнес. Я очень долго сам отписывал статьи, брал интервью, продавал рекламу, пока у нас не появилась полноценная редакция и функциональный отдел. Свой бизнес по сравнению с работой в найме – это сущий ад.

Постоянные эмоциональные качели — когда утром ты в состоянии «сейчас порвем всех», а ложишься спать с мыслью «я умру бомжом» накладывают отпечаток на психику. Если не держать себя в порядке, можно быстро съехать с катушек.

Почему я ушел из найма, хотя мог бы сделать вполне неплохую карьеру? Дети — это самая лучшая мотивация для меня. Когда начинаешь считать, сколько нужно денег для их содержания, комфортной жизни и образования, становится понятно, что таких зарплат не бывает. Сейчас я живу в Долине, занимаюсь своим стартапом на пересечении AI/ML и healthcare.


7. От «Одноклассников» и ФРИИ до своего PR-агентства

Александр Изряднов, сооснователь PR-агентства VinciPR

Я долго строил корпоративную карьеру: директор по стратегическим коммуникациям в «Одноклассниках», а потом запуск фонда ФРИИ в этой же роли. Масштабные задачи, огромные аудитории, выстраивание репутации. Но в силу особенностей моего характера и внутреннего устройства работы в корпорациях, выстроив процесс и отладив его, собрав команду, я начинаю скучать: ведь в больших компаниях нечасто появляются новые масштабные задачи, а уровень финансового вознаграждения в разы не увеличить.

Когда после очередных переговоров о новых задачах во ФРИИ мы не договорились с руководством фонда, я решил, что пора немного передохнуть и ушел на фриланс, где я сам выбирал проекты, устанавливал график работы и цены на услуги.

Денег стало больше, занятость меньше: не надо никуда ходить, не надо бесконечно совещаться ни о чем, симулировать активность, можно жить где угодно. Но фриланс, не будучи формализованным, имеет потолок финансового вознаграждения – прежде всего из-за того, что к тебе менее серьезно относятся, как будто это не работа, а игра.

Спустя год я стал задумываться о PR-агентстве, тем более Маша Лапук, с которой мы в итоге и объединились и запустили Vinci Agency, давно меня вербовала. Для меня в агентстве есть следующие плюсы: много разнообразных, нетривиальных проектов, крутая команда, которую ты сам набираешь и растишь, доходы, которые выросли в 4 раза, и возможность принятия самостоятельных решений по развитию бизнеса.

У меня никогда не было опасений, мол, я не справлюсь, ничего не получится. Единственным опасением было ведение бухгалтерии, в цифрах я не понимаю ничего, но оказалось, что это уже встроено в банк, где у меня ИП, и само все без меня происходит – рассчитывая налоги и разные пенсионные взносы, выставляет и оплачивает счета.


Материалы по теме:

10 Telegram-каналов с вакансиями

Как понять, на своем ли вы месте, и что делать, если нет?

Этот вопрос помог бизнес-ангелу Крису Сакке заработать миллиарды

Мы работаем, только чтобы потом уволиться — и это нормально

Карьера в технологиях — не единственный способ добиться успеха

rb.ru

Какой бизнес начать, если нет денег и знаний — The Village

Какой бизнес можно начать, если нет большого стартового капитала, а также особых навыков вроде умения снимать и монтировать видео, писать программные коды для мобильных приложений и делать дизайн сайтов? Этот вопрос обсуждают пользователи дискуссионного сервиса Quora, популярного в Кремниевой долине. H&F перевёл наиболее интересные ответы.

 

Сначала найдите клиентов

Эндрю Бёрнетт-Томсон, IT-консультант
(Великобритания)

Я был в подобной ситуации, правда, мне было немного проще — я умел писать программный код. В свободное время (до работы и после) я писал те программы, которые сейчас продаю онлайн. Вместо того чтобы браться за «удивительную вещь, которую никто никогда не делал», я решил улучшить уже существующий продукт. Могу сказать, что на старте 90% успеха нужно обеспечить своим потом, а 10% — навыками.

Основатель SnapInspect Сэм Оувенс рассказывал, как найти идею и продать её, пока программный продукт ещё не создан. Это потрясающе — посмотрите обязательно. В поисках идеи он, в частности, просматривал сайты о вакансиях, чтобы понять, какие компании нанимают людей во время рецессии. Он спрашивал местных бизнесменов, что они больше всего ненавидят в своей работе, чтобы решить их проблему. Так, он выяснил, что агенты по недвижимости не любят составлять объявления (надо съездить на объект, сфотографировать, вернуться в офис, обработать фото, составить описание и т. д.). Он спросил у них, хотели бы они пользоваться мобильным приложением, которое помогло бы им редактировать фото на месте. Они сказали: да. И даже согласились платить за него. Потом он стал спрашивать, каким они бы хотели видеть это приложение, уточнять детали. И в итоге выпустил востребованный продукт. Если ты делаешь то, что нужно людям, продажи придут. Но часто ты не знаешь, чего они действительно хотят, поэтому сначала нужно найти потребителей продукта, а потом браться за его разработку.

 

Начните с услуг

Сандип Чаутан, сотрудник Intel (Мичиган)

Начинайте с услуг. Даже не думайте о выпуске продукта — он требует больше денег и времени (проходит от полугода до года с момента внедрения до получения денег). И не надо говорить, что у вас нет никаких навыков: для выгуливания собак должен быть навык, для работы няней — тоже. Не нужно быть технарём, чтобы говорить, что у вас есть специальная квалификация, потому что умение строить отношения с людьми — это тоже навык. С ним можно, например, создать рекрутинговое агентство. Найдите свою сильную сторону — это очень важно. Когда вы её найдёте, то поймёте, какой вид услуг с её помощью вы можете оказывать. Не пытайтесь быть тем, кем вы не являетесь.

 

Будьте проще

Клейтон Хокенбери, бизнес-тренер

Мой первый бизнес начался с того, что я ходил по разным местам и просил работу. Мне было 10 лет, и я начал подметать тротуары перед магазинами. Я приходил в магазин и предлагал подмести тротуар. В итоге у меня было около восьми точек. Многие лавочники поручали мне и другую работу за дополнительную плату — я, к примеру, мыл машины. Не слишком привлекательный бизнес, но я зарабатывал больше, чем мог потратить.

Мой друг начал чистить дымоходы (тогда он был владельцем магазина). Теперь он зарабатывает $300 000 в год, которые он может потратить на найм людей, которые смыслят в чистке труб больше, чем он. Опять же — это грязная работа, но я был бы готов лишний раз помыться более чем за четверть миллиона долларов!

Можно выйти на улицу и спросить людей, чего они хотят. Можно вырывать сорняки и стричь газоны. Кстати, многие миллиардеры начинали свой бизнес с таких услуг. Один из моих любимых примеров: парень начал с того, что стал рыть эскаватором канавы для прокладки канализационных труб, а отошёл от дел владельцем крупнейшей в штате компании по установке бассейнов.

 

Учитесь в процессе

Александр Ривал Ронас, директор производителя
игр Balanced Worlds

Мне кажется, что трудно найти идеальную идею для компании, если ты отталкиваешься от мысли «что я могу делать». Вместо этого стоит думать о том, к чему у тебя лежит душа, тогда многие проблемы начинают находить решение. В долгосрочной перспективе это приводит к успеху: ты работаешь, но не чувствуешь себя на работе.

Посмотрите на великих предпринимателей современности. Элон Маск не придумал идею Space Travel, размышляя о том, что он может себе позволить. Он определил, что он хочет делать, и начал работать для реализации своей мечты (кстати, он едва не обанкротился в процессе!).

Моим лучшим образованием было создание своей компании. Так что вы тоже можете попробовать себя, например, в e-commerce. Сайт на WordPress, через который можно принимать платежи, делается бесплатно и без привлечения разработчиков. Местные жители могут предложить что-то, что вы можете продавать. Если вы просто начнёте действовать и вам повезёт, возможно, вы найдёте дело своей жизни.

 

Готовьтесь к трудностям

Крис Марк, основатель маркетинговой
платформы Spokal

Можно размещать объявления о поиске работы на порталах фрилансеров. Не просите много денег и рвите задницу, чтобы осчастливить своих заказчиков. Беритесь за небольшие проекты, чтобы выполнение одного не занимало сотню часов. Благодаря удачно выполненным заказам ваш рейтинг на сайте будет расти. С ростом репутации можно увеличивать и стоимость услуг. Чтобы получить клиентов вне платформы, начните заводить с ними долгосрочные партнёрские отношения. И это только один путь среди миллиарда возможностей. Сначала вы не создаёте бизнес, а просто находите работу на себя, которая и останется таковой, если вы не сделаете следующий шаг — не начнёте нанимать помощников.

Важно помнить, что вести свой бизнес намного тяжелее, чем кажется. Нужно заранее спросить себя: готовы ли вы переживать трудные времена и бороться? Если вы отступаете перед трудностями, лучше найдите себе работу по найму.

 

Используйте знакомства

Гил Эйал, предприниматель из Нью-Йорка

Ответ в самом вопросе: если нет денег и специальных навыков, лучше не начинать бизнес вообще. Если у тебя много денег, ты можешь нанять квалифицированного сотрудника. Если у тебя высокая квалификация, ты можешь найти инвестора. Я бы посоветовал найти какое-то дело по душе и изучить его настолько, чтобы стать экспертом в этом вопросе, работая на какого-то знающего человека. Однажды квалификация позволит начать свой бизнес.

Кстати, есть вещи, которые не требуют высокой квалификации и денег, чтобы начать бизнес. Например, можно использовать собственные связи и знакомства.

 

Станьте веб-дизайнером

Дэвид Сейдман, менеджер по антивирусным
программам в Microsoft

Научитесь программировать, выучите HTML5. Если у вас есть чувство стиля, изучите ещё основы графического дизайна. Это займёт около месяца. Создайте сложный сайт для себя — заодно потренируетесь. Потом станьте фриланс-веб-дизайнером. Стоимость начала такого бизнеса стремится к нулю, если у вас есть компьютер. А спрос на подобные услуги достаточно велик. Кроме того, если у вас есть идея собственного веб-сервиса или сайта, можно воплотить её бесплатно.

Не ищите советов

Стэн Хэйвард, сценарист

Лучше переформулировать вопрос:

1. Какой бизнес лучше начать без квалификации и денег, на которые я куплю ненужные вещи вместе с людьми, которые мне не нравятся, чтобы однажды сказать: «На что я потратил жизнь?»

2. Какой бизнес лучше начать без квалификации и денег, чтобы получать удовольствие, общаться с приятными мне людьми и зарабатывать на жизнь достаточно?

Сделав выбор между этими двумя пунктами, нужно понять, какие для этого есть средства, способности и желания. Если их нет, ничего не получится.

Ресурсами для создания бизнеса могут быть деньги, обаяние, навыки, смекалка, образованность, уверенность, связи, надёжность, друзья, лояльность, привлекательность, местоположение, опыт, мотивация, талант, лидерские качества, логика и т.д.

Но если тебе действительно нужен совет, что делать в жизни, вот он: не обращай внимания на всё вышенаписанное, ты всё равно не сможешь это сделать. Если совет тебе не нужен, просто перечитай, что я написал, и подтверди, что ты это и так знаешь.

Фото: Julien Palast

www.the-village.ru

Клиника Мэйо: как провинциальная больница стала легендой

Клинику Мэйо знают во всем мире, хотя она почти не использует рекламу. Эта больница напоминает о том, какой должна быть настоящая медицинская помощь. Как и зачем в крохотном городке появился крупный медицинский центр? Почему сюда едут со всего мира лечиться и учиться?

Клинику Мэйо знают во всем мире, хотя она почти не использует рекламу. Эта больница напоминает о том, какой должна быть настоящая медицинская помощь. Как и зачем в крохотном городке появился крупный медицинский центр? Почему сюда едут со всего мира лечиться и учиться?

Бронзовая скульптура братьев Майо ; Рочестере, штат Миннесота /http://www.americanmillenniumonline.com/

О том, что и лечение, и отношение к пациентам в наших больницах далеко от идеала, знают все. Рассказать о плохом тоже все могут, и за примерами дело не станет. Но на вопрос: «Какой по-вашему должна быть идеальная больница?» мне не удалось получить ответа. Все, кого я спрашивала, заявили, что в идеале они предпочли бы не болеть. А мне всегда хотелось узнать, бывают ли на свете хорошие больницы, и если – да, то как там все устроено, поэтому пройти мимо книги Леонарда Берри и Кента Селтмана «Практика управления Maio Clinik. Уроки лучшей в мире сервисной организации» я не смогла.

Большая больница в маленьком городе

В 1863 году в городок на севере США, в штате Миннесота, приехал молодой хирург. Тогда в Рочестере было всего 5000 жителей, сейчас его население около 130 000 человек. Но сейчас в этот небольшой город едут пациенты со всей страны, да и из других стран приезжают, чтобы попасть в знаменитую клинику Мэйо, годовое количество пациентов давно превысило число жителей города. Впрочем, вернемся к началу истории.

Хирурга звали Уильям Уоралл Мэйо, в Рочестере он оказался в связи с событиями Гражданской войны, его распределили туда, чтобы лечить раненых в госпитале, тут он и остался. Подросшие сыновья Уильям Джеймс и Чарльз Хорейс впоследствии тоже стали врачами. В 1883 году над городом пронесся торнадо, пострадавших было так много, что уцелевшим жителям пришлось организовывать госпиталь в помещении танцклуба.

В этом активно участвовал и доктор Мэйо, но медиков не хватало и пришлось обратиться за помощью к сестрам монастыря Святого Франциска. Именно монахини впоследствии подали идею построить в Рочестере большую больницу на средства фрацисканской общины. В 1889 году в Рочестере появился госпиталь Святой Марии, в качестве хирурга и врача-консультанта туда был приглашен доктор Уильям Мэйо, которому тогда было уже 70.

Помогать отцу начали оба сына, они же пригласили в клинику других врачей, своих единомышленников. В 1899 году Уильям Уоралл Мэйо послал в медицинский журнал статью, посвященную особенностям операций на желчном пузыре, но она не была опубликована лишь потому, что редакция усомнилась в цифрах, корифеи медицины не поверили, что автор лично провел более 100 подобных операций. И это в городе с населением в 6000 человек!

Ни один хирург в миллионной Филадельфии не имел такой практики. Это казалось нереальным, но было правдой. Похожая история позже произошла и с его сыном Чарльзом, он на стажировке в Чикаго назвал количество сделанных им операций, намного превышающее количество операций местных знаменитых хирургов.

Семья Мэйо обладала «чутьем на людей» и недюжинными способностями к долгосрочному планированию. Именно это плюс колоссальная работоспособность и талант Мэйо к научным исследованиям и стали фундаментом успеха клиники. А вниманию к нуждам пациента и заботе о нем персонал научили францисканские монахини.

В 1911 году, когда доктор Уильям Мэйо умер, клиника была уже известным и очень крупным медицинским центром. Братья Мэйо, как и их отец, совмещали врачебную практику с научной деятельностью. Всего Чарльз Мэйо опубликовал 162 научных работы, а его брат Уильям – 221, но братья не были «светилами» и корифеями, коллеги и пациенты называли их запросто: доктор Уилл и доктор Чарли.

Уильям Мэйо /commons.wikimedia.org/

Памятник братьям Мэйо выглядит необычно – небольшие, в человеческий рост бронзовые фигуры сидят прямо на ступеньках, у входа в клинику, с ними все любят фотографироваться, для этого достаточно просто присесть рядом. Основатели клиники были уникальными специалистами и обладали незаурядными личностными качествами, но еще больше впечатляет то, что им удалось передать свои принципы через столетие, а их преемникам – сохранить дух клиники, несмотря на то, что с годами она превратилась в огромный современный многопрофильный медицинский и исследовательский комплекс, изменение и развитие клиники в ответ на изменение потребностей общества тоже было заложено в ее принципах.

Команда специалистов

Главный секрет клиники Мэйо – в командной работе и особом отношении сотрудников к своему делу и своим пациентам. У клиники Мэйо есть принципы, сформулированные основателями. Но дело не в формулировках, а в том, что они действительно выполняются, причем постоянно и каждым из сотрудников – от главврача до уборщицы, именно это и творит чудеса.

Сейчас клиника Мэйо – современный многопрофильный медицинский центр, который специализируется на сложных случаях. По медицинской подготовке и организации лечения клиника всегда опережала медицину своего времени. Сто лет назад здесь была внедрена система учета медицинских данных пациентов, картотека, давшая всем специалистам доступ ко всем анализам и данным пациента.

Когда терапевт имеет смутное представление о том, от чего лечит его пациента хирург и окулист – это неправильно, данные о здоровье пациента должны быть полными и доступными для всех – от участкового врача до «узких» специалистов. Врачи в Мэйо всегда работают в команде, в гибком взаимодействии, подключая по мере надобности разных специалистов. Причем право совещательного голоса есть у каждого: у именитого хирурга, у реабилитолога, психолога, у медсестры и даже санитарки. Не потому, что в клинике сумасшедшая демократия, а потому что каждый специалист, грамотной, опытный, отобранный из множества претендентов, видит какую-то часть клинической картины, а для того, чтобы собрать ее, как пазл, и принять решение, что делать с пациентом, нужно выслушать каждого, в том числе и самого больного.

Операционная /www.huntelec.com/

Пациент имеет право голоса

В клинике Мэйо с пациентами принято разговаривать, на это в графике отводится отдельное время и этому специально учат врачей и сестер. Если врачу предстоит сообщить пациенту тяжелый диагноз, разговор не может занимать менее часа.

В Мэйо каждого пациента выслушивают медсестра и врач, сбор информации занимает не меньше 45 минут, когда рассказ окончен, медики обязательно спрашивают, может ли пациент добавить что-то еще. Затем врач и медсестра советуются (!), приглашают кого-то из коллег. При необходимости тут же консультируются со специалистами из других клиник.

На первый взгляд кажется, что при таком подходе лечение растянется на годы, но это совсем не так. Мэйо славится как раз быстрым лечением, время от первого приема до операции может составлять день-два, и это в очень сложных случаях. Подробная информация, совещание специалистов – и сразу принятие решения. Интересно то, что в лечебный процесс активно включены и клиницисты, анализы назначаются только те, которые нужны, их проведение корректируется под конкретные нужды.

Если нужен рентгеновский снимок в какой-то одной проекции, то именно его и сделают. Собирать «все анализы», потому что «так положено», в Мэйо не принято, неделями ожидать результатов – тоже, все делается максимально быстро, но – качественно. Для того, чтобы это стало возможно, поступление пациентов ведется с 5.30, а в 6 утра начинает работать лаборатория.

Именно поэтому в Мэйо приезжают лечиться со всей страны сложные пациенты, которых узкие специалисты годами гоняют из кабинета в кабинет. Мэйо – место, где можно собрать воедино разрозненные симптомы и сделать то, что необходимо излечения. При таком подходе возникает потребность не только в грамотных медсестрах, реабилитологах и сиделках, но и в сотрудниках которые обеспечивают жизненные нужды пациента, самые разнообразные – от необходимости немедленно зарегистрировать брак или отметить юбилей до присмотра за маленьким ребенком, которого негде оставить.

В этой клинике понимают, что жизнь пациента – единый процесс, и если больного что-то тревожит, это влияет на его состояние и эффективность лечения. «Пациент – на первом месте», это в Мэйо – самое важное правило. Для того, чтобы такой подход стал возможен в медицинском учреждении, большое внимание уделяется рабочим регламентам, совместимости, как внутри команды так и с конкретным пациентом. Результат впечатляет.

/www.kahlerslater.com/

Сделать, все, что обещал

В книге Леонарда Бери и Кента Селмана описывается рядовой случай из жизни клиники – женщина-водитель в пути почувствовала себя плохо и завернула в клинику Мэйо. Врачи осмотрели ее, сказали, что положение серьезно и необходима срочная операция.

Пациентка чувствовала себя очень плохо, но сотрудники увидели, что беспокоится она не только о здоровье. Уборщик предложил женщине помощь, она дала ему ключи от машины и попросила поставить ее на стоянку. На улице парня ждал сюрприз, машина оказалась фурой, а в кабине была заперта большая собака, пациентка была водителем-дальнобойщиком и не ожидала, что в больнице придется задержаться.

Огромная машина не помещалась на стоянку клиники, у уборщика не было опыта вождения такой техники, а еще – собака. Но сотрудник клиники Мэйо обещал пациенту, что все будет в порядке. Он договорился с владельцами местного супермаркета, они поставили у себя машину, а собаку уборщик взял к себе и присматривал за ней, пока хозяйке не стало лучше. Причем ни за какими дополнительными инструкциями он к начальству не обращался. Повторюсь, это – не пример личного подвига, а рядовая ситуация.

Сотрудники клиники часто делают то, что выходит за их служебные обязанности, например – могут купить пациенту билет на поезд на свои средства или встретить его родственников на вокзале, пустить к больному посетителя ночью, или наоборот – не пустить, потому что пациент только что уснул после мучительной процедуры.

Для того чтобы принять решение в экстренных случаях, достаточно совещания двух сотрудников, оказавшихся рядом с больными в этот момент. Но «этот момент» очень недолог, на помощь врачам, медсестрам или санитарам моментально придут коллеги из других отделений, у кого есть свободная минута. Взаимовыручка и взаимопомощь – рабочий момент для этой клиники, а субординации в нашем понимании здесь нет, вместо подчинения – сотрудничество во благо пациента, профессор запросто может посоветоваться с молодым коллегой, даже с медсестрой или санитаркой, если вопрос в пределах их компетенции.

/commons.wikimedia.org/

Клиника Мэйо существует не сама по себе, она вписана в систему здравоохранения США, это наложило некоторые ограничения на регламент, но не изменило принципов. В течение 130 лет эта клиника сохраняет свою уникальность и традиции. Она существует в системе страховой медицины, но активно использует помощь благотворителей, о бесплатной медицине в нашем понимании речь не идет, но для пациентов, не имеющих возможности оплатить лечение, в Мэйо тоже могут что-то предложить. Клиника Мэйо признана лучшей национальной больницей США 2014–2015 гг.

В книге «Практика управления Maio Clinik», переизданной в 2013 году на русском, не только рассказывается об истории легендарной больницы, но и о том, как там все устроено, от организации до финансирования. Эта книга – настоящий учебник для организаторов здравоохранения, но рядовым врачам и пациентам тоже стоит ее прочитать.

www.miloserdie.ru

В КАКОЙ НИШЕ НАЧАТЬ БИЗНЕС ПРИБЫЛЬНЕЕ?

В какой категории товаров или услуг перспективнее начать бизнес?

Давайте разберемся…

Буквально сегодня состоялся любопытный разговор о том,

в какой нише больше денег для бизнеса.
Речь шла об IT — технологиях. О том, что это самая богатая ниша.

Раньше я думал, что продавать трубы или цемент — вот это бизнес!
Ну а продавать IT- технологии — это вообще космос!
Но когда я решил разобраться в этом вопросе, то выяснил,

что самые денежные ниши находятся совсем в другом (для меня неожиданном ) сегменте.
В какой нише самые большие объемы продаж?
На что люди тратят деньги каждый месяц из года в год?
В каких сегментах рынка есть возможность хорошо зарабатывать

и где крутятся самые большие деньги?
Давайте обратимся к статистике.
На сегодняшний день самым свежим статистическим отчетом является график

предоставленный Независимой ассоциацией прямых продаж от мая 2015 года.

Что же мы видим из этого графика?
Львиная доля рынка принадлежит двум сегментам:
1. Косметика и средства по уходу за собой — 34%
2. Индустрия велнес — товары для здоровья и долголетия — 26%

Отсюда можно сделать вывод, что если вы решили развивать бизнес с товарами

направления «красота и здоровье»,

то вы окажитесь в бизнес — среде с оборотом 60% всего рынка.
Если говорить только о рынке России,

то сегодня это более 4 млрд долларов в год объемов продаж.
Как вам идея принять участие в дележе 4 млрд долларов?
Огромные возможности.
Вопрос остается один.
Когда мы определились с нишей, остается понять как на этой площадке

выдержать конкуренцию и отхватить свой кусок пирога.
Это задача не простая, но реальная.
Сегодня есть маркетинговые технологии, которые позволяют сделать так,

чтобы клиент предпочел покупать именно у вас.
Причем клиент становится вашим постоянным покупателем на долгие годы.
Когда для меня стала прозрачна эта идея,

мне стало интересно применить на практике и посмотреть эффект.
Результаты превзошли все ожидания.
Объем продаж за год составил — 5 млн долларов!
Таким образом ниша «красота и здоровье» была и остается

самой прибыльной для создания и развития своего бизнеса.
Вопрос остается только в технологиях….

deminblog.ru

Как мастер-надомник построила миллионный $ бизнес в индустрии красоты?

12 декабря 2017